alena_73 (alena_73) wrote,
alena_73
alena_73

Categories:

Режим питания нарушать нельзя

В детстве у меня были весьма напряженные отношения с едой. Сам факт обязательного приема пищи, все эти завтраки-обеды-ужины, первое-второе-третье-и-компот здорово выводили меня из душевного равновесия.
- Когда я вырасту, - говорила я. – То изобрету такую таблетку, проглотил – и месяц можно за стол не садиться.
Папа улыбался, бабушка досадливо махала рукой, а мама говорила:
- Что ты всё выдумываешь, ешь давай, из-за стола не выйдешь, пока всё не съешь.
И вот это вот «съесть нужно, всё, что положено в тарелку» (мамино), «мы в войну каждый кусочек хлеба берегли» (бабушкино), «Оля, на земле ещё есть места, где люди голодают, например, в Африке» (папино), это вот всё держало меня каждый раз за столом над подернувшейся льдом тарелкой супа, и я искренне не понимала, как съеденный мной суп поможет голодающим детям Африки логичнее было бы отдать его им, хотя кто же будет есть такую гадость.

И вот после первого класса меня отправили на все лето в деревню. Свобода!
В деревне занятые в хозяйстве взрослые не обращали на меня такого пристального внимания, как в городе.
Утром, я, городская девочка, вставала позже всех, аж в 7 часов утра. На столе меня ждали молоко, оладьи или хлеб. Из красного угла благосклонно взирали с икон святые, смотрели, как я торопливо откусывала кусок оладьи, забравшись с коленями на широкую деревянную лавку, делала глоток молока, и толком всё не прожевав, схватив белую эмалированную кружку, бежала в огород, где по забору росла крупная душистая земляника.
За обедом и ужином меня тоже никто не пичкал. Взрослые считали: проголодается – съест. И им было как-то невдомек, что ребеночек и не думал проголадываться.
Мы бегали с девчонками на карьеры, собирали ягоды, грызли сорванные с грядки огурцы и морковку, обгладывали крыжовник рядом с заброшенным домом, воровали кормовой горох на колхозном поле, ели щавель и заячью капусту, обсасывали сладкие лепестки клевера, до оскомины набивали животы черемухой.

В конце лета в деревню приехала моя Городская Бабушка. Приехала и ужаснулась.
В июне месяце она сдала в деревню приличную чистенькую девочку, а на выходе получила худое чумазое создание, сплошь состоящее из острых углов, локтей и коленок.
- Господи! – сказала бабушка. – Это же цыганенок какой-то.
Где в белобрысой и сероглазой, пусть и не очень чистой девочке, бабушка увидела цыганенка – загадка, но с Городской Бабушкой было спорить себе дороже. Цыганенок, так цыганенок, вздохнула я и отправилась умываться.
На следующий день меня увезли в город.
А в сентябре выяснилось, что у меня пониженный гемоглобин, низкая масса тела, плохое манту и еще какая-то хрень, отчего меня надо срочно отправлять в Лесную Школу.
Я не знала, что такое эта Лесная Школа, но по моим представлениям ничего хорошего меня там не ждало. Я рыдала громко и отчаянно, обещала больше никогда-никогда не кривляться за столом, есть всё, что дают, помнить о голодающих детях Африки и продуктовых военных карточках и вообще.
В итоге Лесную Школу заменили большими круглыми таблетками, от которых меня тошнило, и которые я принимала под строгим взглядом школьной медсестры, вернее, давясь, заталкивала в рот, а потом бежала в школьный туалет, где долго выплевывала все в унитаз и потом старательно полоскала рот хлорированной водой из-под крана, а подружка Светка шипела на ухо: давай быстрее, щас на урок опоздаем.

Постепенно, всё как-то более-менее выправилось. В деревню после того раза меня отправляли максимум на один летний месяц, строго-настрого наказав всем тщательно следить за моим питанием, а остальные два месяца я проводила в лагерях, где контроль за приемом пищи был отлажен и поставлен на самый высокий уровень.
И всё было хорошо.
Только пуговка манту по-прежнему оставалась плохой, потому что чудовищно чесалась, и я расчесывала ее до гигантских размеров. И мама ругалась, что будет привязывать мне руку к телу, но это уже совсем другая история.

Tags: Детство
Subscribe

  • Чего б почитать?

    Неожиданно образовался читательский кризис. Весной приличные женщины говорят: мне нечего надеть. А мне вот нечего почитать. Хотя и надеть тоже. А всё…

  • Лингвистическое

    Вчера занимаюсь испанским, муж возится по хозяйству – вынимает из стиралки белье и развешивает. Заходит в комнату и задумчиво говорит: -…

  • Просто так

    Про Андрея Болконского половина из тех, кто читал или хоть когда-нибудь что-нибудь слышал о «Войне и мире», скажут – сухарь в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 57 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Чего б почитать?

    Неожиданно образовался читательский кризис. Весной приличные женщины говорят: мне нечего надеть. А мне вот нечего почитать. Хотя и надеть тоже. А всё…

  • Лингвистическое

    Вчера занимаюсь испанским, муж возится по хозяйству – вынимает из стиралки белье и развешивает. Заходит в комнату и задумчиво говорит: -…

  • Просто так

    Про Андрея Болконского половина из тех, кто читал или хоть когда-нибудь что-нибудь слышал о «Войне и мире», скажут – сухарь в…